Религия древних славян




Низшая мифология (представления о духах)


Несколько лет тому назад один из крупнейших представителей русской науки писал о религии древних славян следующее: «Несмотря на множество более или менее значительных трудов, посвященных славянской мифологии, можно без преувеличения сказать, что такой науки до сих пор не существует». Такой беспросветный скептицизм нельзя не признать ошибочным: он сложился под влиянием традиционного отождествления мифологии с культом великих богов. Славянский Олимп беден. Но религия заключается не только в поклонении могучим божествам. Религия есть прежде всего чувство и проявление этого чувства в известных внешних действиях, составляющих народные обряды. И вот эта-то народная обрядность, как сфера более стойкая и инертная, как область, поддающаяся более точному наблюдению, и должна стать основной задачей исследователей славянской мифологии.

В предлагаемой книжке на первом плане выдвинута именно эта народная обрядность, как истинная носительница религиозного творчества. Я убежден, что из-под покрова народных верований и обрядов перед нами всплывут, при свете научного исследования, более яркие и более правдивые картины прошлого славяно-русской религии, нежели со страниц летописей, поучений и других литературных памятников, столь часто сообщающих нам сомнительные сведения.

Я подходил к своему предмету не как славист, но как историк религии. Этим объясняется довольно большое число аналогий и параллелей из других родственных религий, особенно из религий близкого мне античного мира.

Само собой разумеется, нив тексте, ни в примечаниях я не мог стремиться к исчерпываю­щей полноте материала: рамки издания обусловливали и догматический характер изложения; только в примечаниях, в конце книги, я позволял себе иногда вводить читателя в самую лабораторию научной мысли.
Е. Кагаров

Древнейшей ступенью славянской религии был, по-видимому, аниматизм, то есть то своеобраз­ное мировоззрение первобытного человека, по которому вся природа оживлена, наделена особой самостоятельной жизнью. Первоначально каждое отдельное явление, привлекшее к себе внимание человека, представляется ему сверхъестественным существом, требующим поклонения. Впоследствии, с подъемом культурного уровня народа, человек начинает поклоняться не самому предмету или явлению, но духу ими демону последнего. Эта существенная перемена в первобытном миросозерцании была неизбежным следствием возникновения у человека идеи души. Придя путем самоанализа и наблюдения над некоторыми фактами окружающей природы к убеждению в существовании души, первобытный человек, представляющий себе всю природу по своему собственному образцу, признает наличность такой же души, как и наша, во всех одушевленных и неодушевленных предметах, окружающих его (анимизм).

Эти души на начальной ступени развития предполагаются живущими в одушевляемом ими предмете или явлении природы имманентными; душа березы, например, тесно связана с этими деревом, и ее существование всецело зависит от жизни дерева.

Такова «Исколена», священная липа подле Троицка, из которой при ударе топора брызнула кровь и ослепила рубивших.

Представление о крови дерева создается, по-видимому, под впечатлением смолы или сока, вытекающего из ствола. Дальнейшим шагом является представление о том, что дух камня, дерева или животного может покинуть свою обитель и переселиться в другое место. Раз природные души стали ни представляться живущими и вне одушевляемой ими среды, трансцендентными, могущими свободно двигаться и переселяться в другие оболочки, они должны были принять какой-либо определенный облик. Здесь возможны три формы: зооморфная (звероподобная), антропоморфная (человекоподобная) и смешанная. К зооморфным существам относится, например, козлообразный дух нивы, спасающийся, по славянскому поверью, в последний сноп; с этим верованием связан обряд «завивания бороды» (см. ниже). К антропоморфным духам относятся русалки, южнославянские вилы и самовилы, леший, водяной и т. д. К смешанным принадлежат, например, «мемозины», то есть женщины с рыбьим хвостом, или водяной, по представлениям крестьян Смоленской губернии. Так вся природа оказывается населенной множеством таинственных, волшебных образов.

Многочисленные духи низшей мифологии славян распадаются на четыре группы: 1) духи предметов и явлений природы: русалки, леший, водяной и т. д. ; 2) духи-покровители отдельных областей материальной культуры: скотоводства и земледелия (житный дед, полевик и тому подобные образы) ; 3) духи родовые или семейные (Домовой Род и Рожаница, Чур и т. д. ) ; они возникли на почве представления о душах усопших и культа предков.

Наконец, четвертую группу составляют демоны болезней, кошмарных снов, безумия и т. д. Это — злобные духи, не связанные с определенной стихией природы (например, упыри, волкодлаки, демоны, лихорадки, смерти и т. п. ). Впрочем, между отдельными классами трудно провести резкую грань. Так, в некоторых мифических образах черты первой группы слились с чертами духов злобных. Таковы, например, русалки, в которых народная вера усматривает души женщин и детей, погибших преждевременной или неестественной смертью, но которые, в то же время, тесно связаны с почитанием воды.


Оставить комментарий


Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив